Из небытия - Анастасия Шадрина

– Генриетта Альбрест, – ровно проговорила Ирис, слегка откинув капюшон. – Мне нужно внести своё имя в списки.

– Поняла, – девушка уважительно кивнула и чуть понизила голос. – Пройдите на второй этаж, в архив двести пять. Вас примет архивариус Родрик. Только… предупреждаю, после принятия новых законов у нас здесь настоящий хаос. Архивариус может быть немного не в духе.

– Ничего страшного, – махнула рукой Ирис, сдержанно улыбнувшись. – Это последнее, что может нас выбить из колеи.

Они поднялись по широкой каменной лестнице, перила которой были отполированы сотнями рук за долгие годы. На втором этаже было чуть меньше суеты, но воздух был всё так же насыщен запахом старой бумаги и пыли. Сандер и Ирис быстро нашли массивную дверь с потёртой медной табличкой «205». Рыцарь открыл дверь, пропуская Ирис вперёд. Внутри кабинета были груды книг и свитков, которые валялись на полу, на стульях и даже на широком подоконнике. В центре всего этого разгрома за массивным деревянным столом сидел старичок ростом не выше полутора метров. Лысина блестела под светом масляной лампы, оставляя лишь седой венчик волос по бокам. Огромные круглые очки, сильно увеличивающие глаза, делали его похожим на насупившуюся сову. Он лихорадочно перелистывал страницы старого тома, при этом недовольно бурча себе под нос. Сандер, скосив взгляд на Ирис, ухмыльнулся и намеренно сильнее хлопнул дверью, чтобы привлечь внимание.

– Ох! – взвизгнул старик и выронил тяжёлую книгу. Она с глухим стуком рухнула на пол, подняв облако пыли. Архивариус вскочил и зло уставился на вошедших. – Чего вам? – проскрипел он раздражённым голосом. – Вы не видите, я занят?! – Он со злостью швырнул книгу обратно на стол, так что несколько страниц вывалились наружу.

Ирис сдержанно переглянулась с Сандером, и тот чуть наклонился к ней.

– Не бойся его, – с ухмылкой прошептал рыцарь.

– Ещё чего, – хмыкнула Ирис и уверенно подошла к столу Родрика. – Здравствуйте. Мне нужно внести своё имя в списки магов королевства.

– А мне нужно навести порядок в этом бедламе, – огрызнулся он и шумно перелистнул страницу. – Этот архимаг… Эдман, Эрман или как его там…

– Эйдан, – с лёгкой улыбкой поправила его Ирис.

– Тьфу! Какая разница! – всплеснул руками Родрик. – Этот Эйдан недавно был здесь и решил навести свои порядки! В моём архиве, представляете? Ха! – он возмущённо ткнул пальцем в грудь. – Теперь всё приходится переправлять, да ещё и эти новые законы…

– Вам не нравятся новые законы? – Ирис скрестила руки и прищурилась, внимательно наблюдая за ним.

Архивариус откинулся на спинку скрипучего стула и тяжело вздохнул.

– Мне, деточка, всё равно, какие законы вы там у себя принимаете. Но ровно до того момента, пока они не усложняют мне работу! А сейчас всё именно так. Бумаги сыплются на меня со всех сторон, каждое имя нужно перепроверить, каждую запись внести заново… А народу тьма! Так что не обижайся, если я не прыгаю от радости, когда на меня наваливается очередная работа.

К ним подошёл Сандер. Ему явно наскучило слушать жалобы. Он мягко хлопнул старика по плечу и сказал:

– Расслабься, друг, – рыцарь протянул Родрику кожаную фляжку. – На, глотни, разгрузи голову.

Старик поднял на него подозрительный взгляд, его круглые очки блеснули. Несколько мгновений он колебался, губы скривились в недоверчивой гримасе. Но всё же он взял флягу в морщинистые руки, отвинтил пробку и осторожно понюхал содержимое. В нос ударил терпкий запах хлебного вина. Старик фыркнул, но жадность взяла верх: он сделал один глоток, затем второй и наконец шумно выдохнул.

– Ух… хорошо… – пробормотал он и, занюхав рукавом своего кафтана, снова уселся поудобнее. Он сдвинул очки на кончик носа, прищурился и взглянул на Ирис поверх толстых стёкол. – Ну ладно… кто ты там у нас? Давай имя, род, – Родрик достал новый бланк, разложил его на столе и обмакнул перо в чернильницу.

– Генриетта Альбрест, – спокойно произнесла Ирис и опустилась на край стула напротив, наблюдая, как его сухие пальцы скользят по бумаге.

– Альбрест? – хмыкнул архивариус, делая пометки. – Что-то новенькое. Какая основная стихия?

– Молнии, – ответила Ирис коротко.

Старик замер с пером в руке и медленно поднял на неё глаза.

– Какие такие молнии? – в его голосе прозвучало недоумение, смешанное с раздражением, будто она нарочно усложняла ему жизнь.

– Это редкая стихия, – ответила Ирис спокойно. – Загляните в архивы, если не верите.

– Ну, посмотрим, – проворчал Родрик и встал.

Его короткая фигура юркнула между стеллажей. Старик направился к длинным рядам ящиков, где хранились аккуратно рассортированные карточки и свитки с именами магов, разделённых по стихиям. Его ноги шаркали по полу, а губы не переставали что-то бормотать о «молодёжи, которая сама себе чудеса придумывает». Он распахнул один из нижних ящиков, закашлялся от пыли и начал перебирать стопки карточек и свитков. Его пальцы скользили по пожелтевшей бумаге. Наконец, в дальнем углу он вытащил несколько потрёпанных листов и вернулся к столу.

– Действительно… Есть такая стихия. Запамятовал я о ней, видимо, – пробормотал он с удивлением, поправив очки. – Хм. Таких, как ты, по пальцам двух рук можно пересчитать. Вот: Каил Саймар, Ригель Лазгон… Томас Гримхарт и последняя… Ирис Гримхарт. Жила, правда, триста двадцать лет тому назад.

Слова словно ударили её под дых. Она замерла. Пальцы её дрогнули и едва заметно затряслись, а в голове эхом звучало имя: «Томас… Гримхарт… Отец…» Её дыхание стало резким и тяжёлым, словно воздух вдруг перестал поддаваться. Сандер внимательно наблюдал за ней, уловив изменения в лице и позе. Его глаза сузились, в них мелькнула тревога. Родрик, не заметив её состояния, уже вернулся к бумагам. Он сделал несколько быстрых пометок в бланке и протянул его девушке.

– Вот. Подпиши, и дело с концом.

Ирис почувствовала, как в голове неприятно зазвенело и струйка крови скатилась из носа. Она быстро достала из рукава небольшой вышитый платок и прижала его к лицу. С усилием вернув себе самообладание, она аккуратно расписалась дрожащей рукой и тут же резко встала, отодвинув стул так, что тот громко скрипнул. Ни слова не сказав, она быстрыми шагами покинула кабинет, её плащ слегка взметнулся в воздухе и исчез в коридоре. Сандер задержался на мгновение.

– Чего это с ней? – спросил Родрик, приподняв очки на лоб.

– Не знаю, – протянул рыцарь и, развернувшись, двинулся за ней.

Ирис выбежала из здания, тяжело распахнув двери, и оказалась на заснеженной улице. Морозный воздух ударил в лицо, словно пощёчина, и её дыхание сразу сбилось, превратившись в облачко пара. Она остановилась рядом с высокой колонной у входа, прижалась к холодному камню щекой. Мороз врезался в кожу, остужая лихорадочный жар, охвативший её изнутри.

Воспоминания бурей хлынули перед глазами. Она была маленькой девочкой, сидящей на коленях у отца. Томас мягко гладил её по голове, после того как у неё не получалось сотворить простое заклинание, и говорил: «Неудачи – не враги, Ирис. Это испытания, через которые закаляется сила. Я верю, что однажды ты станешь великим магом. Даже лучше меня».

Эти слова, некогда дарившие надежду, теперь терзали, как ножом по ране. Его голос звучал так ясно, будто он был здесь, рядом, и это убивало её. Она вспомнила это тепло. Тепло человека, чьё присутствие делало её жизнь осмысленной. И сейчас, когда оно вернулось лишь в воспоминании, это ощущение стало почти невыносимым. Она сама не понимала, отчего на неё нахлынула такая всеобъемлющая грусть. Будто в груди разверзлась бездна, и из неё вырывалось тихое, но бесконечное эхо потери. Что ещё предстояло вспомнить? Сколько ещё кусков прошлого скрыто, выжидая момента, чтобы вновь разбить её сердце?

В неведении жить было проще. Прятаться за спиной Эйдана, прикрываться новым именем и не думать о том, кто она есть на самом деле. Но память беспощадно возвращала её к истине.